Путин допустил стратегическую ошибку, которая может стоить ему карьеры

1381728447_portnikov

В Москве многие никак не могут понять, почему реакция мирового сообщества на попытки Кремля присоединить Крым является такой жесткой и несоизмеримой по сравнению, допустим, с конфликтом вокруг грузинских автономий. Но в том-то и дело, что в ситуации с Крымом Владимир Путин допустил стратегическую ошибку, которая может стоить ему карьеры, а России – возможностей выбраться из экономического кризиса. Путин вознамерился в одиночку изменить существующие в современном мире правовые нормы – а такое не прощается.

Границы государств современной Европы не изменялись со времен Второй мировой войны. Даже когда с политической карты мира исчезли Советский Союз и Югославская федерация, было по умолчанию решено, что их распад произойдет по границам бывших советских и югославских республик, считавшихся – конечно, весьма условно – суверенными государствами, покидающими исчезающее объединение. Там, где раздел по границам союзных республик провести не удавалось, появлялись самопровозглашенные государства, независимости которых никто не спешил признавать, и уж тем более – никто не собирался присоединять их территории к другому государству.

Нагорный Карабах – не часть Армении. Приднестровье – не часть России, хотя на референдуме о независимости этой территории «с последующим присоединением к России» в 2006 году «за» высказалось 97 процентов участвовавших избирателей. Республика Сербская – не часть Сербии, а федеративная единица Боснии и Герцеговины. Косово – не часть Албании.

Если бы Москва содействовала провозглашению независимости Крыма, международное сообщество отнеслось бы к появлению нового самопровозглашенного государства как к очередному «замороженному конфликту», которых в мире очень много. Российские дипломаты объясняли бы своим западным коллегам, что решение крымских парламентариев – естественный результат развития событий в Киеве и «разгула экстремистов», международные институции призывали бы стороны сесть за стол переговоров. Собственно, не буду долго рассказывать как это бывает, достаточно проследить за историей отношений Грузии с Абхазией и Южной Осетией, чтобы понять: процесс урегулирования в таком случае может продолжаться до бесконечности и особых эмоций ни у кого не вызывает. Именно поэтому и в крымском случае поначалу не возникло никаких особых эмоций: казалось, что полуостров уверенно движется именно к независимости, марионеточный премьер Сергей Аксенов говорил о «народе Крыма» и объявлял себя главнокомандующим, словом – до «острова Крым» оставалось всего несколько шагов.

И тут Путин совершает фатальную ошибку: он решает, что относительно вялая реакция Запада связана не с привычностью ситуации с самопровозглашенными государствами на постсоветском пространстве, а с тем, что его все боятся. Президент бедной сырьевой маргинализирующейся страны, которая не может всерьез повлиять даже на энергетический баланс в Европе, начинает воспринимать себя в качестве лидера современного мира – то есть происходит то, что федеральный канцлер Ангела Меркель называет жизнью в другой реальности! Путин принимает решение не изображать никакой независимости Крыма даже на переходный период, а сразу же присоединить его к России, попутно изменив законодательство собственной страны, на данный момент не допускающее такой возможности.

В глазах партнеров Путин выглядит игроком, который, заметив, что проигрывает, опрокидывает карточный столик. Потому что аннексия – это не игра в самопровозглашенное государство. Это бомба, заложенная под международное право как таковое – потому что одно государство в принципе не может присоединять территорию другого без его согласия. Если смириться с таким подходом – это конец. И никакие ссылки на защиту прав соотечественников тут не помогут, напротив – только усугубят ситуацию. «Соотечественников» на границах имеет практически каждая европейская страна. В Румынии и Словакии вполне компактно живут венгры. В Италии – немецкоязычные тирольцы, многие из которых до сих пор относятся к Риму так же, как крымчане-шовинисты – к Киеву. В Бельгии есть автономия местных немцев с собственным парламентом и правительством. В Финляндии – Аландские острова со шведским населением.

А постсоветское пространство? Русские в Казахстане? Анклавы одних центральноазиатских стран в других? Армяне и азербайджанцы в Грузии? Таджики в Узбекистане? А это ведь только часть историй с соотечественниками – и если представить, что присоединение территории без учета мнения страны, в которую она входит, действительно возможно, мы стремительно придем к средневековью и будем воевать на всем пространстве от Лиссабона до Ашхабада до бесконечности. И это никакая не третья мировая война, нет. Это жизнь в бесконечных войнах и конфликтах, если хотите – новая «столетняя война», только очень обширная по территории.

Именно поэтому ошибаются те, кто считает, что Запад смирится. Не сможет. И дело не только в гарантиях территориальной целостности Украины, хотя и они очень важны с точки зрения поддержания самого статуса безъядерного мира. Дело, прежде всего, в нарушении Москвой фундаментального принципа международного права – невключения чужой территории в свой состав.

Вне Европы такие попытки ревизии международного права предпринимались: не так давно Саддам Хусейн решил присоединить Кувейт к Ираку и был остановлен президентом Джорджем Бушем и коалицией союзников. Авианосец «Джордж Буш», ставший в последнее время своеобразным символом американской вовлеченности в крымский конфликт, – напоминание о том, что любым авантюрам рано или поздно приходит конец.

Владимир Путин повторяет судьбу Саддама. Уже сейчас на наших глазах формируется коалиция союзников, осуществляющая энергичное экономическое давление на российские власти. Конечно, воевать с ядерной державой непросто – но не так уж сложно обрушить ее экономический потенциал и заставить отказаться от агрессии. Но освобождение Крыма Путину уже не поможет – и после нахождения компромисса он будет опасен и для своего ближайшего олигархического окружения, которое теперь живет в понимании, что в любой момент может лишиться собственности и денег, и для международного сообщества, чьи лидеры перестают понимать, чего ожидать от непредсказуемого российского президента. А такой кризис доверия и неуверенность в завтрашнем дне фатальны для любой власти, даже для власти Владимира Путина.

Виталий Портников

Голос України

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.