Фактически смерть Немцова была запрограммирована

961386C3-F23F-41B8-A1E8-086E36112B36_cx0_cy8_cw0_mw1024_s_n_r1

Смерть Бориса Немцова — это большой подарок Кремлю, причем неважно, хотели в Кремле этого или нет, говорится в статье российского писателя Виктора Ерофеева, опубликованной на страницах немецкой газеты Frankfurter Allgemeine. «Эта смерть обезглавила российскую оппозицию: российские либералы немного пошумят, повозмущаются, выйдут на улицы с плакатами вроде «Герои не умирают» и через месяц успокоятся». При этом Немцов, как пишет Ерофеев, был «самым харизматичным и космополитичным из всех деятелей российского протестного движения. Его политическая программа была проста, ясна и понятна от Токио до Вашингтона: он хотел сделать из России правовое государство, цивилизованную и демократическую страну».

«Правда, в самой России эту программу понимали меньше всего, — отмечает Ерофеев. — Путин и российский народ единодушно выгнали Немцова из большой политики, а государственное телевидение превратило его в предателя. Немцов стал политическим маргиналом, который все же имел смелость громко заявлять о своей позиции по всей стране, умно изобличал коррупцию в российской элите, указывал на уничтожение демократических свобод в России и обладал при этом способностью самостоятельно разрабатывать, финансировать и осуществлять свои проекты, что является редкостью в российской оппозиции». Своим главным противником, продолжает писатель, «Немцов демонстративно сделал Путина. (…) Он вульгарно критиковал его, открыто поддерживал Украину в ее войне против России и требовал от Запада более сурового отношения в вопросе санкций». «Поэтому его убийство было фактически запрограммировано, однако в это не хотел верить ни он сам, ни мы, его друзья, — констатирует Ерофеев. — И (…) вот теперь мы все в недоумении задаемся вопросом, кто же это сделал».

«Понятно, что мы никогда не узнаем правды об убийстве Немцова, поскольку это было бы опасно для российской власти. Но уже сейчас мы имеем возможность выбирать из целой палитры версий, и каждая из них является выражением определенного отношения к Кремлю», — продолжает Ерофеев. Так, например, «радикальные оппозиционеры (включая Алексея Навального, которого Немцов не раз критиковал за заигрывание с националистами) считают, что во всем виноват Путин, и убийство стало его личной местью и средством запугать оппозицию и мобилизовать население. Более умеренные оппозиционеры полагают, что во всем виноват не лично Путин, а путинская система, которая породила в стране атмосферу ненависти. Они уверены, что люди из силовых ведомств, которые настроены более агрессивно, нежели Путин, а также доктринеры, ставшие более влиятельными в ходе воинственного раздела Украины, попытались надавить на президента, и убийство стало чем-то вроде сигнала для медлительного президента оборвать международные переговоры. Еще более умеренные либералы придерживаются мнения, что за убийством стоят националисты или люди с Донбасса или из Чечни, люто ненавидевшие политика».

В остальном «политическом спектре можно встретить множество других теорий, более угодных власти. Желтая пресса, к примеру, пишет об убийстве из ревности, поскольку в момент убийства политик шел вместе с украинской моделью, которая, согласно прокремлевским фантазиям, была связана с украинскими спецслужбами». Также убийство «вполне могло быть сакральной жертвой». «То есть Немцова вполне могли убить свои же оппозиционеры для того, чтобы подставить подножку правительству Путина и разрушить нынешнюю политическую систему, — поясняет писатель. — Тем более, что эта версия выдвигалась и ранее: еще в 2012 году Путин говорил о возможных сакральных жертвах, к которым готова оппозиция».

«Самое печальное во всей этой истории то, что демократические реформаторы, среди которых был и Немцов, сделали в 90-х годах ряд ошибок, которые загубили их реформы. В результате это породило ненависть населения к цивилизованной модели государства и, в конечном итоге, способствовало появлению системы, убившей Немцова», — констатирует Ерофеев. Реформаторы так и «не просветили народ, ни разу не живший в демократическом государстве. Они так и не обрисовали народу четкие представления о демократическом будущем». «Вот народная масса и ринулась в сторону давно знакомой ей автократии (причем неважно, сталинистской или царистской) и с восхищением принимает имперские повадки Путина».

«Я пишу эти строки в слезах, поскольку Борис Немцов был моим другом, — подытоживает Ерофеев. — Более того, Немцов был и другом России — честным, самоотверженным и бесстрашным. Если можно так сказать — рыцарем. Он хотел защитить Россию от мучительного скатывания в изоляцию, пропасть и безумие и ни единой секунды не сомневался в том, что Россию можно спасти и что ее еще примут в круг европейских стран. Россию — и в этом я придерживаюсь такого же мнения — еще можно спасти. А Бориса, в свою очередь, нет. Его застрелили хорошо подготовленные негодяи».

Источник: Frankfurter Allgemeine

Inopressa

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.