Турция снова отказывается от Халифата

Президент Эрдоган во время телевизионного обращения в день Праздника жертвоприношения в 2019 г.

Согласно исламу папа не является теологом. Он, как это было в христианстве в эпоху Римской империи, является главой самой могущественной державы. Поэтому и халиф должен выполнять скорее политическую функцию, чем духовную. Президент Эрдоган, сначала считавший, что ИГ представляло для Турции возможность обрести османское величие, понял, что оно, наоборот, ввергнет его страну в варварство.

Во время Крымской войны в XVIII веке русский царь стал первым главой государства, который познал одновременно и политическую и духовную роль халифа. Константинополь проиграл войну, но султан продолжал сохранять власть над душами татар.

Султаны провозглашали себя потомками Магомета, так как место, которое они завоевали в истории благодаря силе своего оружия, было далеко не последним. Из-за отсутствия соперников они обеспечивали и духовное руководство над верующими, включая и тех, кто находился за пределами империи.

По окончанию Второй мировой войны, когда империя была побеждена и разделена, Мустафа Кемаль с трудом справлялся с доставшимся ему наследством. Он тщетно пытался отделить доставшуюся ему временную власть от духовной власти и передать последнюю сначала кому-нибудь из арабов, а затем кому-либо из коренных народов. В итоге, он не нашёл ничего другого, как отменить 5 марта 1924 г. Халифат и приступить к модернизации Турции.

Английскому королю и одновременно главе Англиканской церкви Георгу V удалось включить Халифат в одну из своих колоний и тем самым обеспечить духовную власть над мусульманами. До него старался это сделать первый король независимого Египта Фуад I.

Для возрождения Египта Хассан аль-Банна создаёт организацию Братья-мусульмане. Её деятельность поначалу была исключительно морализаторской. Однако с самого начала она заявила, что после «исламизации» образа жизни следует восстановить единство мусульман вокруг Халифата, а затем распространить это на весь мир. Король Фуад I видел в ней мощную поддержку своему режиму, сотрудничавшему с Британской империей. С этой целью он выдвинул на парламентских выборах 1942 г. своих кандидатов и заказал в 1948 г. убийство светского Премьер-министра согласно ожиданиям короля Фарука.

Идеолог Братства Сайед Кутб определяет Халифат не как идеал далёкого будущего, а как зрелый плод социального возрождения. Анвар аль-Садат, с которым он служил связным между Братством и «Свободными офицерами», получает при поддержке ЦРУ президентское кресло. Он исламизирует общество и подготавливает через Парламент провозглашение себя халифом. Однако Братство его не приняло, и он был уничтожен экстремистской группировкой «Исламский джихад» Аймана аль-Завахири.

ИГ счило, вопреки мнению Аймана аль-Завахири, ставшего эмиром Аль-Каиды, что оно установило «исламский» порядок и создало в Ракке идеальное общество. На этом основании 14 июня 2014 г. оно провозгласило Халифат.

Согласно докладу об участии турецких секретных спецслужб в собрании по подготовке вторжения ИГ в Ирак (Амман, 27 мая 2014 г.) обнародованного турецкой Özgür Gündem, это требование не было поддержано английскими, израильскими и американскими представителями. Поэтому не исключено, что это было всего лишь намерением наёмников из ИГ, выходящим за пределы возложенных на них задач. Как бы то ни было, для Анкары Халифат представлял собой случай восстановления над всем исламским миром утраченной духовной власти.

Поэтому логично, что Турция безоговорочно поддерживала ИГ. Одна Россия осудила этот акт сначала на встрече G20 в Анталии (ноябрь 2015 г.), затем с помощью пяти докладов спецслужб, переданных в СБ ООН в период с 29 января по 17 мая 2016 г..

Разгром Халифата сирийской и иракской армиями позволил Турции задуматься над тем, какой образ она создаёт о себе по всему миру. Ведь нет никакой разницы между ордами Тамерлана, повергнувшими Багдад, и конвоями тойот, оккупировавших Моссул. Нет также никакого различия между геноцидом не мусульман, среди которых армянские христиане, организованного султаном Абдулом Хамидом II, а затем «Молодыми турками», и геноцидом курдов-езидов и серией обезглавливаний неверных. Вся работа, выполненная Мустафой Кемалем в течение нескольких месяцев по выводу «детей степной волчицы» из варварства и строительству новой Турции, сведена к нулю.

Поэтому следует более серьёзно отнестись к тому, что произошло в Анкаре по случаю трёхлетней годовщины со дня попытки убийства президента Реджепа Тайипа Эрдогана в Мармарисе и последовавшего за ним неудавшегося госпереворота. Путь Братьев-мусульман завёл эту страну в тупик страха и насилия. Выставив себя изначально в качестве «защитницы» Братства, ПСР должна прийти к отделению религии от политики и встать на позиции Ататюрка. Это не вопрос выбора, это жизненная необходимость.

Разговоры о том, что псевдо-государство Роджава не имеет никакого отношения к ИГ и размытое соглашение с США по Северной Сирии ничего изменить не в состоянии. Они всего лишь отодвигают на более поздний срок окончательное разрешение этого вопроса. Анкаре не остаётся ничего, кроме как действовать в духе переговоров в Астане.

Именно по этой причине в своём телевизионном обращении в день Праздника жертвоприношения президент Реджеп Тайип Эрдоган вспомнил об общих корнях этого ритуала в память об откровениях Авраама, признаваемых одновременно иудеями, христианами и мусульманами, затем о победах, одержанных Турцией в войнах, а закончил неуместным призывом к осторожности на дорогах. Анкара медленно движется в сторону переопределения своей идентичности. Она будет не религиозной, а националистической, нацеленной скорее на решение внутренних задач, а не внешних.

Réseau Voltaire

 

Добавить комментарий