Россия представляет из себя асфальтоукладочный каток — Бабченко

1313093710_2

В половине второго ночи в Москве началось какое-то движение. Митя Алешковский выкладывает видео кортежа, который с мигалками и охраной в четверть второго ночи мчится в Кремль, а у меня тут над штаб-квартирой СВР в Ясенево летают вертолеты — в центр и обратно — которые по ночам обычно не летают. Что-то у парней там приключилось из срочного, видимо. Танков на МКАДе пока еще нет, но, как мы помним, депутаты сегодня в два часа ночи должны были в метро тренироваться по спасению от ядерного удара. А вообще, вот так со стороны почитать… Ночное заседание в Кремле, вертолеты на СВР, депутаты в бомбоубежище… Шизофрения уже накрыла эту страну, да?

Часам к трем вертолеты у меня перед окном разлетались уже совсем активно . На рефлексе выключил свет. Ну их на фиг с ихними играми. Сплю я. А вообще, подумалось — не слишком ли близко я к СВР живу? А то не дай Бог у них как СВИФТ отключат, как они начнут туда-сюда бегать, волосы на себе рвать и вопить «Война, война!» — а у меня тут до штаб-квартиры Службы Внешней Разведки всего четыре километра. Из Нью-Йорка промахнуться — как два пальца об асфальт. Надо бы район сменить, пожалуй. Куда-нибудь на Лабытнанги.

Начали поступать сообщения из Грозного. Группа боевиков вошла вгород, взорвала автомобиль ДПС и забаррикадироавалась в Доме печати. Сейчас там идет бой с бронированной техникой. Подозревают, что могут быть еще группы. Центр оцеплен, введен режим КТО. Оперативно.

Нет, возможно, это и не учения вовсе. В Ясенево летает, похоже, один и тот же борт — «восьмерка», вроде белого цвета, хотя в темноте не очень понятно. Так вот, летает он не из СВР в центр и обратно, как мне показалось сначала, а по периметру. То есть, я бы предположил, что патрулирует территорию — от СВР поворачивает в сторону центра, потом пропадает, затем возвращается с восточной стороны — и по новой. Маршрут один и тот же.

Судя по сообщениям, можно предположить, что точно так же патрулируется и территория на Хорошевке, где ГРУ и вообще скопление военных объектов. Там тоже активная движуха в воздухе. Так что возможно, они подняты по реальной тревоге. Может, есть информация, что и в Москве на эту ночь намечается (намечалось) что-то типа Грозного, а может, перестраховываются. Но на учения депутатов в метро уже как-то не очень похоже.

Утром выяснилось, что захватившая в Грозном Дом печати группа уничтожена. Дом сгорел. Сейчас идет бой в двадцатой школе.

Что сказать. Всего пять часов — и ни Дома печати, ни «доведенных до отчаяния сторонников федерализации», танки фигачат на каждое шевеление в самом центре города, режим КТО введен со скоростью света.

Это к вопросу о том, что такое хунта.

А вообще… В декабре 1994-го за Дом печати шли сильные бои. Прошло двадцать лет. В декабре 2014-го за Дом печати идут сильные бои.

Стабильность.

Как же все это надоело-то уже, а… Казалось бы — самая горячая пора для военного корреспондента, только работай. Но вы не представляете, какую уже тоску у меня вызывают все эти танки в Грозном, вертолеты, спецназ «Вымпел», бой за Дом печати, федеральные послания, мочить в сортире…

Как из пеленок вылез — все одно и то же.

Все, блин, одно и то же. Буквально.

Когда государство представляет из себя асфальтоукладочный каток, оно не может позволить себе остановиться ни на секунду. Оно каждую секунду должно работать. Каждую секунду оно должно кого-то закатывать в асфальт, мочить в сортире, вводить режимы КТО, фигачить танками, репрессировать, сажать, засовывать бутылку в задницу, убивать, насылать отряды титушек, громить, фабриковать дела, гноить в тюрьмах.

Останавливаться в этом процессе нельзя. И чем дольше каток едет, тем сильнее он должен закатывать в асфальт.

Как только каток сбивается с ритма хоть на секунду, как только в нем что-то расстраивается, те, кого он годами укатывал в асфальт, моментально чувствуют его слабость. Что-то в катке пошло не так. Он перестал быть работающим монолитом. Обслуга перестала замешивать асфальт и закидывать его главному рабу на галерах в жерло, механик схватил свои наворованные с катка пожитки и со всей семьей свалил за границу, прораб ушел в запой, впал в белую горячку, махнул рукой уже вообще на все и только круглосуточно несет диллириумный бред из телевизора, а поставщики стали крутить пальцем у виска и приостанавливать поставки битума.

Как только это происходит, ростки сопротивления вновь лезут из всех трещин в асфальте.

Причем это совсем не только ясноглазые добрые идеалисты-гуманисты, желающие правового государства, законности, демократии и счастья для всех даром.

Это и фашисты, орущие, что каток недостаточно сильно давит жидов и черножопых. Это и исламисты-фундаменталисты, желающие резать головы всем, кто не носит хиджаб. Это и вернувшиеся с войны реставраторы, во всех, в том числе и в начальнике катка, видящие госдеп и пятую колонну. Это и гопники, понатащившие с той же войны автоматов и гранатометов. Это и совсем уже поехавшие головй прохановы со своей черной спермой и сталиным-берией-гулагом.

В общем, эти ростки сопротивления — совсем не только розы. Мир не идеален, что ж поделать.

Дело не в этом.

Дело в том, что мы определенно все ближе и ближе к моменту, когда каток станет окончательно. Он ломается. И все это чувствуют.

Нас определенно ждет веселое время.

Постараемся быть оптимистами, впрочем. Быть добру.

Но керосином затариться не помешает.

Аркадий БАБЧЕНКО

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.